Неточные совпадения
Несколько женщин, похожих
на привидения, стояли
на коленях, опершись и совершенно
положив изнеможенные головы
на спинки стоявших перед ними
стульев и темных деревянных лавок; несколько мужчин, прислонясь у колонн и пилястр,
на которых возлегали боковые своды, печально стояли тоже
на коленях.
Захар только отвернется куда-нибудь, Анисья смахнет пыль со столов, с диванов, откроет форточку, поправит шторы, приберет к месту кинутые посреди комнаты сапоги, повешенные
на парадных креслах панталоны, переберет все платья, даже бумаги, карандаши, ножичек, перья
на столе — все
положит в порядке; взобьет измятую постель, поправит подушки — и все в три приема; потом окинет еще беглым взглядом всю комнату, подвинет какой-нибудь
стул, задвинет полуотворенный ящик комода, стащит салфетку со стола и быстро скользнет в кухню, заслыша скрипучие сапоги Захара.
Она
положила их
на два
стула, а Обломов вскочил и предложил ей самой третий, но она не села; это было не в ее привычках: она вечно
на ногах, вечно в заботе и в движении.
Должность хорошая, старинная: сиди только важнее
на стуле,
положи ногу
на ногу, покачивай, да не отвечай сразу, когда кто придет, а сперва зарычи, а потом уж пропусти или в шею вытолкай, как понадобится; а хорошим гостям, известно: булавой наотмашь, вот так!
Доктор ушел, оставив Обломова в самом жалком положении. Он закрыл глаза,
положил обе руки
на голову, сжался
на стуле в комок и так сидел, никуда не глядя, ничего не чувствуя.
Присутствие княгини Тверской, и по воспоминаниям, связанным с нею, и потому, что он вообще не любил ее, было неприятно Алексею Александровичу, и он пошел прямо в детскую. В первой детской Сережа, лежа грудью
на столе и
положив ноги
на стул, рисовал что-то, весело приговаривая. Англичанка, заменившая во время болезни Анны француженку, с вязаньем миньярдиз сидевшая подле мальчика, поспешно встала, присела и дернула Сережу.
Чертопханов снова обратился к Вензору и
положил ему кусок хлеба
на нос. Я посмотрел кругом. В комнате, кроме раздвижного покоробленного стола
на тринадцати ножках неровной длины да четырех продавленных соломенных
стульев, не было никакой мебели; давным-давно выбеленные стены, с синими пятнами в виде звезд, во многих местах облупились; между окнами висело разбитое и тусклое зеркальце в огромной раме под красное дерево. По углам стояли чубуки да ружья; с потолка спускались толстые и черные нити паутин.
Денисов сидел отвалясь
на спинку
стула, выкатив глаза,
положив тяжелую руку
на круглое плечо дочери, и вздыхал, посапывая.
Сопровождавший Гапона небольшой, неразличимый человечек поднял с пола пальто,
положил его
на стул, сел
на пальто и успокоительно сказал...
Опасаясь, что Макаров тоже пойдет к девушкам, Самгин решил посетить их позднее и вошел в комнату. Макаров сел
на стул, расстегнул ворот рубахи, потряс головою и,
положив тетрадку тонкой бумаги
на подоконник, поставил
на нее пепельницу.
Ушли. Луна светила в открытое окно. Лидия, подвинув к нему
стул, села,
положила локти
на подоконник. Клим встал рядом. В синеватом сумраке четко вырезался профиль девушки, блестел ее темный глаз.
В отдыхальне, как мы прозвали комнату, в которую нас повели и через которую мы проходили, уже не было никого: сидящие фигуры убрались вон. Там стояли привезенные с нами кресло и четыре
стула. Мы тотчас же и расположились
на них. А кому недостало, те присутствовали тут же, стоя. Нечего и говорить, что я пришел в отдыхальню без башмаков: они остались в приемной зале, куда я должен был сходить за ними. Наконец я
положил их в шляпу, и дело там и осталось.
Зато никто не запоет, не засвистит около вас, не
положит ногу
на вашу скамью или
стул.
Он еще храбрился и по усвоенной привычке,
положив ногу
на ногу и небрежно играя своим pince-nez, в самоуверенной позе сидел
на своем втором
стуле первого ряда.
Она сидела, откинувшись
на стул спиной,
положив один локоть
на окно, и смотрела
на Райского не прямо, а как будто случайно, когда доходила очередь взглянуть, между прочим, и
на него.
Показался свет и рука, загородившая огонь. Вера перестала смотреть,
положила голову
на подушку и притворилась спящею. Она видела, что это была Татьяна Марковна, входившая осторожно с ручной лампой. Она спустила с плеч
на стул салоп и шла тихо к постели, в белом капоте, без чепца, как привидение.
А она, отворотясь от этого сухого взгляда, обойдет сзади
стула и вдруг нагнется к нему и близко взглянет ему в лицо,
положит на плечо руки или нежно щипнет его за ухо — и вдруг остановится
на месте, оцепенеет, смотрит в сторону глубоко-задумчиво, или в землю, точно перемогает себя, или — может быть — вспоминает лучшие дни, Райского-юношу, потом вздохнет, очнется — и опять к нему…
— Да, слаб, это правда, — наклонясь через спинку
стула к Райскому и обняв его за шею, шептал Леонтий. Он
положил ему щеку
на голову, и Райский вдруг почувствовал у себя
на лбу и
на щеках горячие слезы. Леонтий плакал.
— Любите, а так мучаете! Помилуйте, да уж тем одним, что он так
на вид
положил вам пропажу, под
стул да в сюртук, уж этим одним он вам прямо показывает, что не хочет с вами хитрить, а простодушно у вас прощения просит. Слышите: прощения просит! Он
на деликатность чувств ваших, стало быть, надеется; стало быть, верит в дружбу вашу к нему. А вы до такого унижения доводите такого… честнейшего человека!
Он, повозившись некоторое время с настройкой, откашливался,
клал ногу
на ногу, небрежно отваливался
на спинку
стула и начинал горловым, немного хриплым, но приятным и верным тенорком...
а Эмма Эдуардовна и Зося изо всех сил уговаривали их не безобразничать. Ванька-Встанька мирно дремал
на стуле, свесив вниз голову,
положив одну длинную ногу
на другую и обхватив сцепленными руками острое колено.
Его одели, как в воскресенье, в палевый жупан и синий кунтуш,
положили около кривую саблю, а рядом
на стуле лежала рогатая конфедератка с пером.
Там у меня было достопримечательного — полукруглое окно, ужасно низкий потолок, клеенчатый диван,
на котором Лукерья к ночи постилала мне простыню и
клала подушку, а прочей мебели лишь два предмета — простейший тесовый стол и дырявый плетеный
стул.
Илья. С праздником! Дай Бог здорово да счастливо! (
Кладет фуражку
на стул у двери.)
Ему говорят: «Морфея, ваше превосходительство?» — «Э, вше равно: иж одной минералогии…» Так я теперь, господа, — Шульгович встал и
положил на спинку
стула салфетку, — тоже иду и объятия Нептуна.
Он вставал, переставлял ночник и склянку с лекарством, смотрел
на часы, подносил их к уху и, не видавши, который час,
клал их опять, потом опять садился
на свой
стул и начинал вперять глаза в колеблющийся кружок света
на потолке, думать, мечтать — и воспаленное воображение чуть не доходило до бреда.
После речи Батенева устроилось путешествие, причем снова была пропета песнь: «Отец духов, творец вселенной!», и шли в таком порядке: собиратели милостыни (Антип Ильич и Аггей Никитич) с жезлами в руках; обрядоначальник (доктор Сверстов) с мечом; секретарь (gnadige Frau) с актами; оба надзирателя со свечами; мастер
стула тоже со свечой. По окончании шествия обрядоначальник
положил знак умершего
на пьедестал, а великий мастер сказал...
Земская полиция, действительно, страшно мучила бедного секретаря. Лет двадцать пять сидел он
на секретарском
стуле и, рассматривая почти каждодневно в делах действия полицейских чинов, конечно
полагал, желал и ожидал, что они хоть когда-нибудь и чем-нибудь возблагодарят его, но те упорно не давали ему ни копейки.
— Половина десятого, — возгласил он тихим голосом и, сложив принесенное платье в углу
на стуле, поднес
на тарелке записку, маленькую бумажку, незапечатанную, с двумя строчками карандашом. Пробежав эти строки, Николай Всеволодович тоже взял со стола карандаш, черкнул в конце записки два слова и
положил обратно
на тарелку.
Мать остановила его вопрос движением руки и продолжала так, точно она сидела пред лицом самой справедливости, принося ей жалобу
на истязание человека. Николай откинулся
на спинку
стула, побледнел и, закусив губу, слушал. Он медленно снял очки,
положил их
на стол, провел по лицу рукой, точно стирая с него невидимую паутину. Лицо его сделалось острым, странно высунулись скулы, вздрагивали ноздри, — мать впервые видела его таким, и он немного пугал ее.
Стоя рядом с ним, мать видела глаза, освещенные теплым и ясным светом.
Положив руки
на спинку
стула, а
на них голову свою, он смотрел куда-то далеко, и все тело его, худое и тонкое, но сильное, казалось, стремится вперед, точно стебель растения к свету солнца.
Софья
положила руки
на плечи матери и, покачивая ее
на стуле, с улыбкой спросила...
Человек медленно снял меховую куртку, поднял одну ногу, смахнул шапкой снег с сапога, потом то же сделал с другой ногой, бросил шапку в угол и, качаясь
на длинных ногах, пошел в комнату. Подошел к
стулу, осмотрел его, как бы убеждаясь в прочности, наконец сел и, прикрыв рот рукой, зевнул. Голова у него была правильно круглая и гладко острижена, бритые щеки и длинные усы концами вниз. Внимательно осмотрев комнату большими выпуклыми глазами серого цвета, он
положил ногу
на ногу и, качаясь
на стуле, спросил...
Доктор осторожно
положил руку Егора
на колени ему, встал со
стула и, задумчиво дергая бороду, начал щупать пальцами отеки
на лице больного.
И, недовольный,
положил он свою кисть и палитру
на стул и остановился смутно пред холстом.
Княжна села, достала связку красной шерсти и, указав мне
на стул против нее, старательно развязала связку и
положила мне ее
на руки.
После молитвы старик принялся неторопливо стаскивать с себя фуфайки, которых оказалось несколько и которые он аккуратно складывал и
клал на ближайший
стул; потом принялся перевязывать фонтанели, с которыми возился около четверти часа, и, наконец, уже вытребовав себе вместо одеяла простыню, покрылся ею, как саваном, до самого подбородка, и, вытянувшись во весь свой длинный рост, закрыл глаза.
Капитан с заметным удовольствием исполнил эту просьбу: он своими руками раскрыл стол, вычистил его, отыскал и
положил на приличных местах игранные карты, мелки и даже поставил
стулья. Он очень любил сыграть пульку и две в карты.
Там выбирал какой-нибудь
стул, медленно усаживался
на нем, снимал шляпу, ставил ее подле себя
на пол, трость
клал возле шляпы и затем, откинувшись
на спинку
стула, оставался неподвижен в продолжение трех или четырех часов.
Помню, уже с первых строк «Демона» Ситанов заглянул в книгу, потом — в лицо мне,
положил кисть
на стол и, сунув длинные руки в колени, закачался улыбаясь. Под ним заскрипел
стул.
Гораздо больше нравился мне октавист Митропольский; являясь в трактир, он проходил в угол походкой человека, несущего большую тяжесть, отодвигал
стул пинком ноги и садился, раскладывая локти по столу,
положив на ладони большую, мохнатую голову. Молча выпив две-три рюмки, он гулко крякал; все, вздрогнув, повертывались к нему, а он, упираясь подбородком в ладони, вызывающе смотрел
на людей; грива нечесаных волос дико осыпала его опухшее, бурое лицо.
Ему отвели над кухней каморку; он устроил ее себе сам, по своему вкусу, соорудил в ней кровать из дубовых досок
на четырех чурбанах — истинно богатырскую кровать; сто пудов можно было
положить на нее — не погнулась бы; под кроватью находился дюжий сундук; в уголку стоял столик такого же крепкого свойства, а возле столика —
стул на трех ножках, да такой прочный и приземистый, что сам Герасим бывало поднимет его, уронит и ухмыльнется.
Я вскочил со
стула, левой рукой схватил груду кредиток у офицера, а его ударил кулаком между глаз и в тот же момент наотмашь смазал штатского и
положил в карман карты Асамата вместе с остальными деньгами его товарища. Оба полетели
на пол вместе со
стульями. Архальский соскочил как сумасшедший и ловит меня за руку, что-то бормочет.
Банку поставил к ногам хозяина, а кулек
положил на пол у
стула перед хозяйкой, приложившись к ее руке.
Юрка судорожно сжал спинку
стула и еще сильнее заскрипел зубами. Лелька подошла к нему. Уверенная в своем обаянии и всегдашнем влиянии, ласково
положила ему руку
на плечо.
Юрка, не стучась, открыл соседнюю дверь, — Лелька хотела его остановить, чтоб постучал, да не успела. Спирька в очень грязной нижней рубашке сидел
на стуле,
положив ногу
на колено, и тренькал
на мандолине. Волосы были взлохмаченные, лицо помятое.
На лбу и
на носу чернели подсохшие порезы, — как он тогда
на вечеринке упал пьяный в оконные рамы. Воздух в комнате был такой, какой бывает там, где много курят и никогда не проветривают.
Серая попадья, подняв очки
на лоб,
положив на колени руки и шитьё, сидела у окна, изредка вставляя в речь дяди два-три негромких слова, а поп, возбуждённый и растрёпанный, то вскакивал и летел куда-то по комнате, сбивая
стулья, то, как бы в отчаянии, падал
на клеёнчатый диван и, хватаясь за голову руками, кричал...
И Саша лег рано, — для отвода глаз разделся,
положил верхнюю одежду
на стул у дверей и поставил за дверь сапоги.
Все заняли свои места вокруг стола; Петенька сел несколько поодаль, отвалился
на спинку
стула,
положил ногу
на ногу и, закуривая папироску, иронически посматривал
на отца.
Порфирий Владимирыч перекрестился и проглотил две ложки супу. Сделавши это, он опять
положил ложку в тарелку и опрокинулся
на спинку
стула в знак предстоящего разговора.